Тульский краеведческий альманах. № 15 (2018 г.)

И. Г. Ковшарь

Как это начиналось?
Общественное движение «Тульский некрополь»
(история возникновения, деятельность, результаты)

 

В марте 1998 г. в Туле был создан муниципальный историко-архитектурный и ландшафтный музей «Тульский некрополь». Это был единственный в России музей подобного профиля: даже знаменитейшие исторические кладбища Александро-Невской лавры являлись (и являются ныне) отделом Государственного музея городской скульптуры, а московские Новодевичье, Ваганьковское и прочие не являются музеями. Как же получилось, что в Туле в сложнейшее время возник музей, который должен был решить задачи сохранения и изучения исторических кладбищ города?

В полном соответствии с законами диалектики, музей-некрополь в Туле возник в тот самый момент, когда остро встал вопрос о возможности утраты крупных исторических памятников города. По «Перспективному плану архитектурного развития города Тулы», утверждённому в 1971 году, исторические кладбища города, к этому времени закрытые для захоронений, – Всехсвятское, Спасское (Зареченское) и Чулковское (Дмитриевское) – подлежали сносу с последующим использованием их территории. В частности, через Всехсвятское кладбище предполагалось проведение транспортной магистрали для соединения улиц Первомайской и Кауля. Южная часть территории кладбища, которая отрезалась таким образом, предполагалась к застройке, а северная, прилегающая к Всехсвятскому собору, должна была стать парковой зоной. Начало реализации этого проекта планировалось на 1980-е годы.

Поскольку Всехсвятское кладбище города Тулы возникло в 1772 г., оно считалась историческим объектом. По тогдашнему законодательству, для сноса такого объекта требовалось экспертное заключение Министерства культуры РСФСР. Служба Архитектурного надзора министерства в лице Леонарда Владиславовича Тыдмана отправила специалистов в Тулу для заключения, наказав им: «Ну, вы там поезжайте, посмотрите; что найдёте – сфотографируйте и пишите заключение». Этими специалистами были Владимир Константинович Катков и Владимир Александрович Простов. Как они рассказывали позже, приехав в Тулу на Всехсвятское кладбище, они посмотрели, пришли в большое волнение, отсняли шесть плёнок (родившиеся до 2000 года понимают) и вернулись к Тыдману со словами «Нельзя сносить, музеефицировать надо!» Честнейший профессионал, Леонард Владиславович отказался согласовывать снос кладбища и, более того, организовал работу по его изучению.

На протяжении нескольких лет (с 1980 по 1986 гг.) Катков и Простов с помощниками регулярно приезжали в Тулу, проводили топографическую съёмку Всехсвятского кладбища. На примерно 9 га площади (из 34,5 га) они нанесли на карту все (!) надгробия, оградки, холмики, провели фиксацию всех имён, которые могли вычитать на надгробных памятниках, сделали сотни фотографий; при содействии Производственной группы по охране и эксплуатации памятников истории и культуры при Управлении культуры Тульской области (руководитель Г. В.Чоговадзе) поставили на государственный учёт несколько десятков надгробий, имеющих особую художественную или историческую ценность. Одновременно, понимая необходимость сохранения кладбища, они предпринимали действия для организации общественного мнения.

всех кл 318 6

Скульптурные надгробия
конца XIX – начала XX вв.

В это же время отец Ростислав Лозинский, доктор богословия, видный историк церкви и церковной архитектуры, озабоченный вопросом неприглядного состояния тульских исторических кладбищ, обратился к общественности. В декабре 1985 г. в областной комсомольской газете «Молодой коммунар» была опубликована статья «Над вечным покоем», написанная Р. Р. Лозинским и Л. Н. Дзиговской. Статья впервые озвучила проблему судьбы тульских кладбищ. Эта публикация вызвала большой резонанс среди тульской общественности. В городских СМИ появились отзывы как рядовых жителей города, так и специалистов. В поддержку сохранения кладбищ выступили архитекторы, писатели, преподаватели тульских вузов, видные историки и краеведы В. Н. Ашурков, Н. А. Милонов, многие другие. Собственно, с этой статьи и можно отсчитывать начало движения «Тульский некрополь».

Во время субботников на Всехсвятском кладбище

В мае 1987 г. в «Молодом коммунаре» была опубликована статья Ольги Подъёмщиковой «Общий сбор у колокольни», также посвящённая проблемам тульских исторических кладбищ. В ней рассказывалось, что в прошлом, 1986-м году, инициативная группа начала расчистку территории Всехсвятского кладбища, и содержался призыв к тулякам принять участие в этом благородном деле. После публикации на Всехсвятском кладбище начались регулярные работы по расчистке надгробий и восстановлению могил. Эти работы проводились силами энтузиастов (сейчас их называют волонтёрами) и заключались в расчистке участков от мусора, выявлению старинных надгробий, их отмывке, если надо, то и перекантовке и установке на места. Руководил работами чаще всего В. А. Простов. Он еженедельно приезжал в Тулу. Глубоко и разносторонне эрудированный, с огромным чувством юмора, он об истории Тулы и отдельных её граждан знал больше, чем мы, туляки. В первый сезон были расчищены участок Ваныкиных, надгробие Дельвига, извлечены из ям надгробия М. Веницеевой и княгини А. Горчаковой, подняты и установлены жертвенники Ф. Васильева, П. Мясоедовой, неизвестного («с пророком») и другие.

Временами на субботники приходил Рос­тислав Романович Лозинский. У него тогда стали сильно болеть ноги, поэтому он стоял, держась за оградку и наблюдая за работами. Его очень волновало, чтобы никто не пора­нил руки, не надорвался, поднимая тяжести. Иногда он приносил участникам сувениры: набор фотографий, книжки по истории туль­ского края, а то и мешочек яблок из собствен­ного сада.

Известно, что в каждом городе есть люби­тели гулять по старым, заброшенным клад­бищам. Некоторые из них проявляют пыт­ливость и не просто смотрят по сторонам, а фиксируют находки, кто-то даже сидит в ар­хивах и ищет информацию о заинтересовав­ших людях. Таким любителем в Туле был Алексей Камоликов, который ещё до начала планомерных работ по изучению тульско­го некрополя накопил кое-какой материал. Так что тема старинных кладбищ возникла не на пустом месте и не только в связи с ис­следовательскими работами москвичей.

В первые сезоны (с 1987 по 1991 г.) еженедельно на субботники приходили от 15 до 30 человек. Это были совсем разные люди: инженеры, журналисты, архитекторы, музейные и библиотечные работники, рабочие заводов, преподаватели, студенты, школьники. Несколько раз Геннадий Крестьянкин приводил актёров студенческого театра «Риск», которым он руководил долгие годы. Постепенно вокруг Простова и Камоликова сложилось ядро: Ольга Подъёмщикова, Александр Шевчук, Любовь Савина, Владимир Сухопаров, Лиана Тимофеева (Кузнецова), Игорь Юркин, Наталия Дорохина (Кириленко), Оксана Чеботарёва (Амелина), Николай Трофимов, Роза и Жан Зиневичи; всех трудно перечислить. На субботниках царила очень дружная и весёлая атмосфера. Сейчас трудно объяснить почему. Это было общение разных людей, объединённых общими идеями и чувствами: в заидеологизированном советском обществе возникла подсознательная потребность в духовности; в рутине цинично-прагматичной обывательской жизни особое значение приобретала работа, не связанная с получением какой-либо выгоды; в разрушающемся старинном городе было важно начать сохранение исторических памятников. Такие или похожие идеи бродили тогда в головах. Никто из участвовавших в субботниках не считал себя ни антисоветчиком, ни диссидентом, но и официальная идеология отнюдь не была благосклонна к нашим идеям.

Ольга Подъёмщикова

Владимир Александрович Простов

Наталия Дорохина (Кириленко)

О религиозности. Несмотря на то, что одним из организаторов субботников был протоиерей Р. Р. Лозинский, никакой религиозной пропаганды не велось. Никто ни у кого не ин¬тересовался, верующий ли, воцерковлённый ли. А вот эрудиции прибавлялось, благодаря в том числе лекциям Простова, ведь он очень любил поразмышлять о семантике культу¬ры, формах, надгробной резьбе, обрядах и прочем, что было очень интересно и делало для нас кладбище еще привлекательней.
Наряду с работами на субботниках продолжалось исследование кладбищ. Так, на Чулковском кладбище Простовым и Камоликовым были обнаружены надгробия А. Сурнина, Е. Е. Штадена, Д. Джонса. На Спасском кладбище ими же был обнаружен большой участок Лялиных, надгробия Шемариных, членов семьи Н. Лисицына и другие.

Движение по спасению некрополей поддержали средства массовой информации Тулы. Особенно активно освещала проведение субботников, объясняя цели и задачи работ по изучению исторических некрополей, газета «Молодой коммунар». Ольга Подъёмщикова вела в этой газете рубрику «Наследство тульских мастеров». Позже её статьи по тематике старинных кладбищ публиковались в «Коммунаре». Это позволило донести проблему исторического некрополя Тулы до населения всего города; люди поверили в спасение кладбищ, стали активно принимать участие в субботниках, навещать родные могилы, заметно увеличилось число ухоженных участков. Вопрос о судьбе таких своеобразных памятников истории, как кладбища, обратил на себя внимание властей города.

Ростислав Романович Лозинский с единомышленниками у восстановленного им надгробия капитана Прудникова на Спасском (Зареченском) кладбище

88-7

Надгробие капитана Прудникова на Спасском (Зареченском) кладбище

Тема судьбы исторических некрополей оказалась весьма актуальной. К ней активно обращались и центральные средства массовой информации. В «Литературной газете» вышла статья известного писателя, туляка по происхождению Владимира Лазарева под название «Трава забвения? Нет, свет памяти!». В 1987 г. в майском номере популярного журнала «Новый мир» была опубликована повесть С. Каледина «Смиренное кладбище», очень точно освещающая ситуацию со старинными кладбищами. До нас доходила информация о любительских исследованиях местных кладбищ в Муроме, Курске, Красноярске.
В следующие сезоны, когда выяснилось, что основное ядро активистов со-хранилось и что жители города нас поддерживают, решили зарегистрировать неформальное объединение (формулировка тех годов). Возник вопрос, как назваться. Первое, что приходило в голову, – общество «Память». Но такое название уже было у одиозной организации, позиционирующей себя как русская националистическая, а на деле – шовинистическая.

Единогласно отказались от такого названия и решили, что будем просто: неформальное движение «Тульский некрополь». Хлопоты по регистрации взяла на себя председатель Тульского от­деления Советского фонда культуры Н. В. Кондакова: движение «Тульский некрополь» было оформлено как общественное объединение при Тульском отделении фонда культуры.

Мы много говорили о том, в какой форме возможно и нужно вести изучение и сохранение исторических кладбищ Тулы и, конечно, постоянно возвращались к идее музеефикации. Прикидывали варианты. Так или иначе приходили к выводу, что нужно создавать новый музей, некрополь – уж очень специфическим вырисовывался профиль потенциальной коллекции; ни художественный, ни краеведческий музеи с таким не справились бы.

Сотрудники Тульского Оружейного завода на экскурсии после субботника (экскурсовод Камоликов А.А.). Тула, Димитровское кладбище

930

Раскопки надгробия Алексея Сурнина участниками общественного движения «Тульский некрополь» (справа Л.Н. Дзиговская, в центре А.А. Камоликов). 

Идея создания музея немного пугала. Не нужно забывать, что это был конец 1980-х, и неповоротливая чиновничья система не желала принимать к реализации новые идеи. Впрочем, оказалось, что не так страшен чёрт, как его малюют.

Нашей деятельностью заинтересовался начальник отдела культуры горисполкома Геннадий Степанович Красненко. Он не был похож на чиновника: живой, остроумный, Геннадий Степанович очень сочувственно относился ко всем попыткам сохранения исторической культуры города (напомню, что в это же время горожане вели работы по восстановлению поруганных храмов, упразднённых монастырей, шла полемика о сохранении архитектурных памятников). Он поддерживал нас в нашей деятельности, его не смущало даже, что нашим негласным руководителем был священник, хотя и на пенсии (напоминаю, что примирение государства и церкви произошло лишь после 1988 года, после празднования 1000-летия Крещения Руси). Именно Геннадию Степановичу пришла идея опубликовать брошюру Р. Р. Лозинского «Тульский некрополь», которая лежала в машинописном варианте уже несколько лет. Г. С. Красненко привлёк для этого Общество охраны памятников истории и культуры в лице его тогдашнего председателя В. Г. Ходулина. К сожалению, в выпускных данных брошюры указано: «Составитель и ответственный за выпуск В. Г. Ходулин. Фотографии из архива Р. Р. Лозинского». Таким образом, Лозинский как бы выпал из списка авторов брошюры. И это неправильно, заслуга Ходулина лишь в редактуре и подборке стихотворных отрывков под фотографиями. Авторство всего остального принадлежит Ростиславу Романовичу. Думаю, пора восстановить справедливость и внести «Тульский некрополь» в список печатных трудов Р. Р. Лозинского. На титуле этого небольшого, но первого печатного труда о Тульском некрополе после восьмидесятилетнего перерыва обозначено «Выпуск первый». Планировалось сделать подобную же брошюру по Спасскому и Чулковскому кладбищам. Но, к сожалению, эти выпуски не состоялись.

Летом 1990 г. Ростислав Романович Лозинский в ознаменование 10-летия начала изучения тульских старинных кладбищ собрал всех, кто считал себя членами неформального движения «Тульский некрополь». Встреча проходила в зале колокольни Всехсвятского собора. В память об этой встрече остались подарки, которыми о. Ростислав одарил всех присутствующих и общая фотография на ступенях колокольни. На этой встрече возникла идея сделать выставку, представляющую результаты многолетних работ на Всехсвятском кладбище.

Эта выставка состоялась при поддержке горисполкома (так тогда называлась администрация города) в лице заместителя председателя по социальной работе Л. В. Ветровой и всё того же Г. С. Красненко. Были выполнены фотографии (автор фото Д. В. Бурилин), изготовлены эстампажи некоторых лапидарных резных мотивов и текстов, гипсовые слепки элементов белокаменных надгробий. Выставка открылась в Выставочном зале художественного музея (Красноармейский пр., 16) в конце декабря 1990 г. На открытии присутствовали Р. Р. Лозинский, Л. П. Ветрова, Г. С. Красненко, члены неформального движения «Тульский некрополь» и удивительно большое количество жителей города. Выставка вызвала значительный интерес, посещаемость за все время её экспонирования была в несколько раз выше обычной. К сожалению, материалы выставки, переданные после экспонирования на временное хранение в Тульский областной краеведческий музей, почти полностью погибли из-за ненадлежащего хранения.
Тем не менее выставка имела важные последствия. Во-первых, стало ясно, насколько высок интерес тульской общественности к проблеме сохранения исторических памятников, в том числе кладбищ города. Во-вторых, по инициативе Г. С. Красненко и Л. В. Ветровой горисполкомом было принято постановление об отмене решения о сносе тульских исторических кладбищ.

надгробия, ограды 1980 106 600
кп 49 рельеф иконы вс кл 1 600
кп 49 рельеф иконы вс кл 80 600

Надгробия конца XVIII – начала XIX вв. Тула, Всехсвятское кладбище

В 1990 г. В. А. Простов сообщил нам, что во Львове собираются музеефицировать историческое кладбище. Львовяне обратились к нему с просьбой поделиться методическими разработками. Опыт у него был гигантский, но в то время в письменном виде ещё почти ничего не было систематизировано. Ко мне он обратился, как к человеку, работающему в музее и знающему музейные методики и правила ведения документации. Работа свелась к уточнению терминологии, типологизации надгробий, составлению методики выявления, расчистки и восстановления надгробий. Историко-мемориальный музей-заповедник во Львове «Лычаковское кладбище» был создан в 1991 г., сейчас это один из популярнейших туристических объектов города.

Девяностые годы заставили людей буквально выживать. Наши субботники стали нерегулярными, приходили только самые горячие энтузиасты. Но идея музеефикации некрополей не угасала. В. А. Простов и я занимались тотальным обследованием участков, на которые были составлены топографические схемы, составляли карточки научного описания старинных надгробий, А. А. Камоликов описывал захоронения известных людей советского периода.

Казалось, что работаем мы, как говорится, в стол. Однако, как выяснилось, комитет по культуре и историческому наследию администрации города в лице председателя Н.Ю. Травина и его заместителя Г. С. Красненко вёл подготовительную работу по учреждению музея «Тульский некрополь». Николай Юрьевич Травин, возглавляя комитет по культуре в самое тяжёлое время, когда вокруг рушилось всё и не было денег, умудрялся не только сохранять существующие традиции культуры, но и создавать новое. Он помогал художникам в организации выставок, добывал средства для издания поэтических книг, он создал два новых муниципальных музея. Первым был историко-археологический музей «Тульские древности» им. Н. И. Троицкого (позже он вошёл в состав государственного музея-заповедника «Куликово поле»).

На рубеже 1997-1998 гг. в комитете по культуре и историческому наследию от меня потребовали составить и оформить концепцию музея-некрополя. Зимой 1998 г. концепция была заслушана на заседании комитета по культуре, а 13 марта 1998 г. Н. Ю. Травин подписал приказ о создании муниципального историко-архитектурного и ландшафтного музея «Тульский некрополь». В жизни тульских исторических кладбищ началась новая страница.

Дополнительно о Тульском некрополе

Спецпроект «Некрополь — город живых»

О людях и событиях в период «открытия» кладбищ

Публикации

Тексты по некрополистике и краеведению

Коллекции «Тульский некрополь»

Фотографии тульских и областных кладбищ

Продолжая традиции: участие в сохранении Всехсвятского кладбища

Спецпроект «СоХранители»

Мы возрождаем эту замечательную традицию — собираться на кладбище, общаться, вместе сохранять и поддерживать в достойном состоянии интереснейшую городскую достопримечательность.

Принять участие может каждый