Описание фотографий. Оглавление
Очередная встреча «Проявление. Сеанс связи», прошедшая 23 июля, была посвящена коллекции семейных фотографий посетительницы нашего музея Тимохиной Ирины. Ее дед в 1953 году участвовал в плавании советского крейсера «Свердлов» на морской парад в честь коронации Елизаветы II.
Комментирует фотографии Ирины научный сотрудник ТИАМа Владимир Глазков.
Комментарий Владимира:
В 1953 году советский крейсер «Свердлов» принял участие в военно-морском параде в честь коронации королевы Великобритании Елизаветы II. По счастью, сегодня в гостях у нашего музея Ирина Тимохина, дед которой, Кобзев Владимир Кириллович, был одним из участников этого похода. Я в двух словах, пожалуй, расскажу об этом событии.
Традиция проводить морские парады в честь коронации короля или королевы существует в Британии достаточно давно, уже много лет. И в пятьдесят третьем году ситуация была такая. С одной стороны, конечно, Советский Союз и Великобритания – недавние союзники по антигитлеровской коалиции. Прошло всего 8 лет с момента окончания Второй мировой войны. С другой стороны, уже стала реальностью холодная война. В 1946 году была произнесена Фултонская речь Уинстона Черчилля, которая ознаменовала собой новые реалии сосуществования западных стран и Советского Союза, продолжавшиеся вплоть до 1991 года.
Фотография №1
Тем не менее, СССР, конечно, был приглашён на парад и должен был достойно представить свой военно-морской флот. Предыдущий визит советского военного корабля в Великобританию состоялся в 1937 году. Это был линкор «Марат» – большой линейный корабль. Собственно говоря, «Марат» – это переименованный «Петропавловск», который был построен ещё в 1914 году, в канун Первой мировой войны. К сожалению, очень много лет Советский Союз не мог себе позволить строить крупные корабли дальней морской и океанской зоны, потому что флот – это удовольствие очень дорогое. Однако же, к пятьдесят третьему году вошли в строй несколько артиллерийских крейсеров так называемого проекта 68-бис.
Фотография № 2
Поэтому требовалось показать, во-первых, технический уровень советского флота, новейший крейсер «Свердлов». Он вошёл в строй в пятьдесят втором году, ещё года не прошло. Это последний тип так называемого артиллерийского крейсера, у которого основное вооружение – орудие. Как видите, у него главный калибр – 152 мм, это так называемые 6 -дюймовые пушки. Потом уже после него проектировались и строились крейсера либо ракетно-артиллерийские, либо вообще только ракетные, где основным ударным вооружением являлись ракеты. Но это другая эпоха. Во-вторых, кроме демонстрации технического уровня, важно было показать выучку личного состава моряков. Надо команду подготовить соответствующим образом. Курировал подготовку команды лично Николай Герасимович Кузнецов.
Фотография № 3
Командовал крейсером один из лучших моряков советского флота – Олимпий Иванович Рудаков, капитан первого ранга. Есть такой примечательный факт из его биографии. Будучи курсантом Военно-морского училища имени Фрунзе, он позировал скульптору Манизеру для статуи «Матроса-сигнальщика», которая всем вам известна по станции метро «Площадь Революции». Здесь на одной из фотографий написано «адмирал». Но в эти годы он ещё был капитаном первого ранга, судя по погонам, по шитью на фуражке и другим знакам отличия. Но за этот поход он действительно получил звание контр-адмирала.
Фотография № 4
Повторюсь, участников похода готовили на самом высоком уровне. Например, штурманскую команду натаскивал не кто-нибудь, а главный штурман Военно-морского флота СССР. Дополнительного внимания требовал и новый корабль. Можно представить, сколько внимания уделяли поддержанию чистоты: потому что предполагалось, что не только наши моряки будут ходить в увольнение на берег, но и что англичане будут посещать корабль в качестве гостей. Также ожидали корреспондентов. Один из корреспондентов, кстати, непосредственно находился на корабле во время похода. А кроме того, в состав команды корабля были внедрены, во-первых, офицеры военной разведки, во-вторых, специалисты профильных НИИ, которые занимались разработкой кораблей и корабельного вооружения, потому что так у них была возможность воочию ознакомиться с техническим уровнем зарубежных флотов.
Фотография № 5
На фотографиях мы видим церемонию подъёма флага: ежеутренний подъём, ежевечерний спуск. Здесь ещё корабль украшен так называемыми флагами расцвечивания. Вообще эти флаги также могли использоваться для подачи сигналов. То есть это тоже определённая сигнальная система. Отправлялся крейсер с базы в Балтийске. В Кронштадте флоту уже давно стало тесно, а Балтийск и по сей день считается основной базой Балтийского флота.
Фотография № 6
Интересная фотография: «28 мая пятьдесят третьего года. Крейсер Свердлов. Адмирал Кузнецов. Город Балтийск». Все, кто надо, уже выстроены на верхней палубе. Видите, выстроена команда, судовой караул держит старые добрые трёхлинейные винтовки, даже не карабины СКС. На палубе видны металлические рельсовые пути для перемещения тележек. Это какие-то технологические тележки, на которых могут перемещать боеприпасы или какое-то иное имущество. Это левый борт. На горизонте видны шлюпбалки, но к ним прикреплено какое-то крупное гребное судно: это не шлюпка, а катер или баркас. Тумбы, которые расположены перед караулом, называются кнехты. За них, собственно говоря, швартуется корабль. (Вопрос Ирины: Не совсем понятно, что написано. Может его звание?) Написано «Старшина второй статьи».
Фотография № 7
Смотрите, на фотографии у него две нашивки. Вот это как раз и есть старшина второй статьи. А слева три нашивки – это старшина первой статьи. То есть в армии это называется младший сержант или сержант, а на флоте старшина второй статьи или старшина первой статьи.
Фотография № 8
Морячки в тельняшках. Вообще принято считать, что в поход взяли часть ансамбля Краснознамённого Балтийского флота. Боевой корабль того времени – это очень сложная штука. Тем более такой новый и не до конца освоенный экипажем. Поэтому, конечно, вылезать на верхнюю палубу и пляски там плясать матросам, мягко говоря, некогда. Тем более, если мы говорим о подобном сверхответственном походе. Матрос вообще около 90% времени проводит, как моряки говорят «в низах», света белого не видит. И таким красавцем, каким мы привыкли его видеть, он выбирается только на берег. Это ничтожно малая часть. Поэтому выход был найден в лице специалистов ансамбля песни и пляски Краснознамённого Балтийского флота, которые дело своё знают.
Фотографии 9,10
Кстати, если вдуматься, ведь прошло с Первой мировой войны всего ничего, прошло 40 лет, то есть наверняка были живы британские ветераны. А дело в том, что военно-морское сотрудничество Российской Империи и Англии было достаточно обширным в годы Первой мировой войны. Наверняка кто-то из английских ветеранов захотел бы посмотреть, вспомнить молодость. В том числе и для них такое шоу. Я, конечно, не знаю, где они там все помещались, потому что у крейсеров 68-бис хоть и была хорошая обитаемость, но лишних людей было много.
Очень интересная история связана с постановкой крейсера «Свердлов» на якорь. Военно-морская база в Портсмуте славится, во-первых, очень сильным течением, а, во-вторых, на парад собирались корабли со всего света. В таких стесненных условиях применяется фертоинговый способ постановки на якорь, который в российском и потом советском флоте не применялся и не применяется никогда. Две якорные цепи, соединённые между собой так называемой фертоинговой скобой, служат для того, чтобы корабль не разворачивало поперёк течения. Так как боковое течение сильное, велик риск возникновения ситуации, которая у моряков называется «навал»: удара о соседние корабли.
Британское адмиралтейство указывало в качестве норматива постановки на якорь фертоингом час двадцать. Команда «Марата» в 1937 году затратила 53 минуты. Говорят, что «Свердлов», выйдя в точку, во-первых, не обнаружил буя с советским флагом. Англичане позже принесли официальные извинения. И несмотря на это происшествие, процедура постановки на якорь заняла у команды всего 12 минут! Мне страшно представить, сколько муштровали команду, сколько её, я не побоюсь этого слова, дрессировали. Потому что это невозможно! Такое время означает, что боцманская команда много-много месяцев или много-много недель занималась вот именно этим способом постановки на якорь. Я не знаю подробностей. Скорее всего, сыграла роль и более совершенная техника, потому что на «Марате» в тридцать седьмом году брашпили (устройства, которые приводят в движение якорную цепь) были паровые, а здесь, скорее всего, они уже явно электрические. Но самое определяющее – это матросские силы, матросский пот и кровь. Так что экипаж достоин всяческого уважения. Все британские газеты вышли с заголовками: «Кто сказал, что русские плохие моряки». Действительно, британцев это потрясло.
Комментарий Ирины:
Готовясь к встрече, я ещё раз штудировала интернет, искала родственников или участников этого похода. Буквально недавно нашла воспоминания Колотилина Ивана из Твери. В 2006 году он публиковал заметку о подготовке крейсера к плаванию. Рассказывал, что в ходе подготовки требовалось замаскировать радиолокационные антенны, которые размещались на мачтах. И когда работа была завершена, в Англии вышли газетные публикации о нашем крейсере. После чего командование приняло решение размаскировать и показать часть антенн.
По воспоминаниям Колотилина Ивана, на крейсере было 50 портных со швейными машинками, которые оперативно вышивали форму для офицеров и матросов, подгоняли одежду по индивидуальным размерам, чтобы всё сидело идеально.
Среди публикаций мне также встретились комментарии родственников, что членов команды подбирали даже по росту, но уж не знаю, насколько это правдиво.
Комментарий Владимира:
Это вполне может быть. Подбирают же кремлёвских курсантов, они же тоже все одинаковые.
Комментарий Ирины:
Согласно воспоминаниям, на корабль были доставлены шеф-повара из ресторана «Астория» из Ленинграда, которые готовили всякие деликатесы для гостей.
Комментарий Владимира:
Конечно, кто-то из почётных гостей мог быть приглашён на завтрак в кают-компанию, и тут опозориться было нельзя. Я вполне допускаю, что какие-то не флотские, а гражданские шеф-повара участвовали в плавании, возможно из других ресторанов.
Эти фотографии меня удивили. Не знал, что моряки ходили в увольнение на берег. У французов, обратите внимание, вот эти белые парадные береты, цвет помпона наверху несёт элемент корпоративного отличия. Справа – англичанин, скорее всего, шапки у них такие забавные.
Фотография № 11,12
Комментарий Ирины:
Мой дед, Кобзев Владимир Кириллович, родился в 1929 году в Тульской области, в деревне Ивановка, Лазаревский район (сейчас Щекинский). У родителей, Кирилла и Марии, он был вторым ребёнком. Там же дед закончил восемь классов (максимальный срок обучения в те годы). Семья жила в кирпичном доме дореволюционной постройки. Я была на этом месте и видела уже только кирпичи фундамента. Для меня удивительно, как такая постройка за такой небольшой срок может исчезнуть полностью. Дед был тружеником тыла, насколько я слышала, помогал копать окопы. В сорок четвёртом году в Беларуси погибает его отец, и Владимир становится главным мужчиной в семье, и все заботы берёт на себя. Его брат еще совершенно маленький. Изучая документы, я была очень удивлена, что дед служил на флоте пять лет. Мне всегда казалось, что срок службы составлял три года.
Комментарий Владимира:
Для того периода это нормально. Людей не хватало, так что в армии могли служить по три-четыре года, а на флоте еще дольше. А так вы правы, обязательный срок службы составлял три года. Ещё была такая поговорка, что первый год солдат привыкает, второй год служит, а третий год думает о гражданке.
Комментарий Ирины:
По трудовой известно, что до службы он успел поработать электрослесарем в шахте. Дальше он каким-то образом попадает на флот и знакомится с Николаем Сошниковым, который в дальнейшем станет его свояком (они будут женаты на родных сёстрах).
Я при жизни дедушки с бабушкой не знала этих всех историй. И они умерли с разницей меньше месяца. При жизни ничего не рассказывали, так что мне пришлось, спустя много лет, у всех родственников, двоюродных, троюродных бабушек расспрашивать информацию.