Тульский некрополь: находки исследователей на Спасском кладбище г. Тулы

Тульский  краеведческий  альманах  
Выпуск  №5.   
2007 год.
стр.  160  —  169
Роман КЛЯНИН, Ирина ЧЕРВЯКОВА
 

Всехсвятское, Зареченское и Чулковское кладбища г. Тулы появились после указа Правительствующего Сената от 24 декабря 1771 года о запрещении захоронений в городах и вы­ведении всех кладбищ за городские пределы.

В качестве действующих эти кладбища про­существовали до 1969 г. На территории тульско­го некрополя покоится население города всех сословий и конфессий: мещане, купцы, кузнецы, оружейники, люди, составившие славу не только Тулы, но и всей России. Среди них оружейник Ф.В. Токарев, знаменитые предприниматели и меценаты Баташевы, Лялины, Воронцовы, род­ственники А.С. Пушкина, А.И. Дельвига, изо­бретатель гармоники Н.И. Белобородов, осно­ватель тульского парка П.П. Белоусов, родные купца Д.Я. Ваныкина, завещавшего капитал на строительство городской больницы, знаменитый мастер оружейного дела A.M. Сурнин, защитни­ки города Тулы, Герои Советского Союза. На местах захоронений установлены высокохудо­жественные надгробия, изучая которые, можно открыть множество неизвестных страниц исто­рии и культуры нашего края.

Согласно генплану г. Тулы 1970-х гг. исто­рические кладбища подлежали уничтожению с дальнейшим использованием их террито-рии под жилищное строительство, прокладку транспортных магистралей и создание зеленых зон. Однако Министерство культуры РСФСР в начале 1980-х годов не согласовало снос исто­рических кладбищ и направило специалистов хтя первичного обследования и составления охранной документации на исторические над­гробия и могилы. В 1998 году решением адми­нистрации г. Тулы был создан первый в России провинциальный историко-архитектурный и ландшафтный музей «Тульский некрополь».

Его сотрудники занимаются приведением б порядок и изучением исторических кладбищ города, выявлением и описанием могил и ста­ринных художественных надгробий, архивным поиском данных о личностях погребенных. На территории тульского некрополя (более 50 га | находится беспрецедентное количество над­гробий XVIII и XIX веков — более 10 тысяч, выполненных на высочайшем художественном уровне, украшенных великолепными декора­тивными и сюжетными рельефами. Большин­ство из них изготовлены из местного белого камня.

Многообразие типов и форм надгробии обусловлены общей для страны тенденцией культуры кладбища, материалы, из которых ш изготавливали, — местными условиями. Для Тулы характерно использование, в первую оче­редь, дешевого местного белого камня, а также кованого железа, литого чугуна и реже — импорт­ного мрамора и гранита.

К сожалению, на сегодняшний день специа­листами обследована незначительная часть тер­ритории исторических кладбищ города. Но тем не менее уже сейчас эти исследования принес­ли ощутимые результаты. Выявлено и научи! описано около 700 художественных надгробий и около 400 исторических имен погребенных Найдены ранее утраченные могилы П.И. Малицкого, оружейников Лялиных, юристов Проферансовых, кондитеров Скворцовых-Козловааж и многие другие.

Так, в ходе плановых исследовательских ра­бот на Спасском кладбище сотрудниками музея были найдены ранее считавшиеся утраченные захоронения первых тульских «самоварщиков» Лисицыных и родственников А.С. Пушкина по линии его жены князей Назаровых.

 

Участок семейного захоронения самоварщиков Лисицыных

Объектом исследований было выбрано руинированное надгробие типа «саркофаг», распо­ложенное в непосредственной близости от хра­ма Спаса Нерукотворного. Надгробие по своему внешнему оформлению и стилистике можно от­нести к классицизму 1-й четверти XIX века. Сар­кофаг находился в перевернутом положении.

Западный фасад декорирован овальной ро­зеткой без текста, обрамленной стилизованны­ми побегами. Восточный — Адамовой головой, обрамленной по бокам полуколонками.

 

image002

Надгробие Михаила Лисицына в момент обнаружения.

 

Северный и южный фасады оформлены иден­тично: в центральной части рамка с каллиграфи­ческим текстом, читаемым частично; на северном фасаде отдельные буквы, на южном — «…жития Его было 63(?) года…». Рамка прямоугольной формы с закругленными внутрь углами и обрам­ленная бусинками. По бокам рамки по паре по­луколонок, между которыми расположена ром­бическая розетка с цветком.

В процессе окапывания вышеописанного саркофага был обнаружен еще ряд надгробных камней, в их числе — белокаменное надгробие типа «саркофаг» размером 34x36x87 см, сто­ящее на известняковой плите (17x41x87 см) и ориентированное запад-восток. Рядом находи­лись еще две плиты, также ориентированные запад-восток, размер одной из них 46x22x130 см, вторая частично уходила под асфальт, и ра­боты по ней были законсервированы. Как по­казали исследования, надгробия располагались на своих первоначальных местах, т.е. над погре­бениями.

Таким образом, нам удалось зафиксировать три не сдвинутые могильные плиты под сарко­фаги. Вышеописанный саркофаг по своим раз­мерам и стилистике соответствует плите разме­ром 46x22x130 см, другой стоял на своем месте, саркофаг к третьей плите отсутствует.
После того, как надгробия были очищены и отмыты, перед нами предстал среднего размера саркофаг с профилированной крышкой, укра­шенной по краю рельефной гирляндой из ле­пестков, стоящий на непрофилированной плите.

На западном фасаде расположено рельефное изображение двух ангелов, поддерживающих драпировку, на которой находится надпись:

ПОДСИМЪ КАМНЕ- МЪ ПОГРЕБЕНЪ СЫНЪ ТУЛСКОВА КУПЦА НАЗАРА ФЕДОРОВА ЛИСИЦЫНА

 

image0031

Западный фасад Михаила Лисицына

 

На восточном фасаде — рельефное изображе­ние Адамовой головы на Голгофе, причем кости не перекрещены, а расположены по бокам черепа.

На южном фасаде в центре находится ниша, украшенная рельефной прямоугольной рамкой с «бусинами», в которой располагается надпись:

1802 ГОДА 19 ОКТЯБРЯ ПРЕДСТАВИСЯ МЛАДЕНЕЦ МИХАИЛ ЖИ ТИЕ ЕГО БЫЛО 6 ЛЕТ ЧЕТЫРЕ НЕДЕЛИ РОДИСЯ1796 ГОДА СЕНТЯБРЯ 23 ДНЯ

По сторонам от рамки размещены рельефные декоративные круглые розетки в виде 12-лепест­кового цветка, обрамленного «бусинками».

Северный фасад аналогичен южному и содер­жит следующий текст:

ЛЮБЕЗНЫЙ СЫН ТЫ РОДШИХЪ УТЕШАЛЪ И МНОГОЛЕСТНЫИ НАДЕЖДЫ ОБЕЩАЛ НО ИХЪ БЕЗВРЕМЕННА РОКЪ ПЕРЕНЕСЪ КО ПРОЛИЯНИЕ РОДШИХЪ ГОРНИХЪ СЛЕС

На поверхности саркофага в складках релье­фа были обнаружены остатки краски — крас­ной, синей, черной, желтой (золотой). Элемен­ты покраски белокаменных саркофагов и ранее фиксировались при полевых исследованиях на исторических кладбищах Тулы. Сохранившие­ся фрагменты краски позволили восстановить полную окраску саркофага. По синему фону бо-

ковых поверхностей шло чередование красных декоративных элементов (розетки, текстовые рамки, голова Адама (?), мантия), обрамленных желтым цветом (бусинки, фигуры ангелов), а углубленные части красных элементов (фон, тексты, глазницы Адамовой голо­вы) окрашены в черный цвет.

 

image004

Общий вид надгробия Михаила Лисицына

Одна из плит, найденных на глу­бине, профилирована, на верхней поверхности имеются остатки кре­плений. Как было сказано выше, она идентична саркофагу, обна­руженному на нынешней дневной поверхности. Вторая плита своим краем уходит под покрытие ас­фальта и полностью изучить ее, а тем более поднять на поверхность, не представлялось возможным.

Плиты и саркофаги находились на своих исторических местах и принадлежали семейному участку первых самоварщиков — тульских купцов Лисицыных.

Таким образом, в ходе полевых исследований на территории Спасского кладбища был обнару­жен участок захоронений начала XIX века, при­надлежащий семье купцов Лисицыных. Инте­ресно отметить, что на западном фасаде малой саркофага размещена мантия, поддерживаемая двумя ангелами, с надписью об отце погребенного и его сословной принадлежности к купечеству.

Место семейного захоронения купцов Ли­сицыных было решено сохранить, реконстру­ировать и создать экспозиционную площадку И здесь перед нами встал ряд проблем: сарко­фаги находились в яме глубиной около метра, оставлять их в таком виде не представлялось возможным — в углублении стала накапливать­ся вода, стенки осыпались, посетители кладби­ща кидали туда мусор. Для сохранения участка и создания мемориальной зоны было приня­то решение установить надгробия на уровне нынешней дневной поверхности, сохраняя vj. первоначальное расположение, облагородил территорию.

 

image005

Реконструкция семейного участка Лисициных

 

image006

Надгробия Лисициных извлеченные из грунта

 

камни под своей тяжестью не ушли в грунт, под их основание была подложена металлическая арматура.

Имя тульского купца Назара Лисицына хо­рошо известно. В работах, посвященных исто­рии самоварного производства в России, он и его брат Иван упоминаются как основатели первой самоварной фабрики в Туле.

Возникновение самовара связано с распро­странением в России чая, точнее, чаепития. Чай попал в Россию при Алексее Михайлови­че; в XVIII веке употребление чая довольно прочно входит в быт русской аристократии. К началу XIX века употребление чая становится обычаем, но. пьет его не все население России, как принято думать, а только зажиточные слои общества. Во 2-й половине XIX века растет на­селение городов, увеличивается количество потребляемого чая, он проникает в деревню. Чаепитие становится национальным обычаем, а самовар — символом достатка и благополучия.

О появлении первых документально зафик­сированных самоваров в Туле известно следу­ющее. В 1778 году на улице Штыковой, что в Заречье, братьями Иваном и Назаром Лисицы­ными изготовлен самовар в небольшом понача­лу, первом в городе самоварном заведении.

Основателем его был их отец, оружейник Фе­дор Лисицын, который работал на оружейном заводе, построил собственную мастерскую и бо­лее тридцати лет упражнялся в ней во всякого рода работах по меди. В 1760 году он основал свое частное предприятие. В 1802 году Федор Иванович Лисицын вместе с детьми и «совнучатами» перешел в купечество.

В 1803 году на фабрике работают 26 человек, капитал ее составляет 3000 рублей. В 1823 году фа­брика переходит к сыну Назара Никите Лисицыну. «Фабрика сия построена в 1778 году с дозволения начальства покойным родителем моим тульским купцом Назаром Федоровичем Лисицыным на собственный капитал и земле. А по смерти его в 1823 году досталась по наследству мне», — так опи­сывал возникновение своей самоварной фабрики Никита Назарович Лисицын в 1833 году.

Самовары Лисицыных славились разнообра­зием форм и отделок: бочонки, вазы с чеканкой и гравировкой, яйцевидной формы, с кранами в виде дельфина. Сейчас лисицынские самовары находят­ся в музеях Москвы, Санкт-Петербурга, Бухары, Калуги, Тамбова… В Тульском музее самоваров есть один из старейших самоваров Лисицыных, признанный памятником науки и техники России 1-й категории. Самовар — это визитная карточка Тулы. Недаром наш город называют самоварной столицей России. Отрадно, что теперь мы знаем не только имена первых тульских самоварщиков, но и место их последнего упокоения.

image007

Самовар Лисицыных

 

Семейный участок князей Назаровых

Другая интересная находка была сделана так­же недалеко от храма, в 50 метрах на запад, на тропинке, идущей через кладбище. Наше вни­мание привлекло надгробие типа «саркофаг». Над дневной поверхностью возвышалась толь­ко крышка. По внешним признакам надгробие можно было отнести к самому началу XIX века.

После расчистки фа­садов от грунта надгро­бие извлекли из земли и подняли на современную дневную поверхность. В ходе работ установлено, что оно расположено не на своем первоначальном месте. Само надгробие изготовлено из белого камня и было расколото на две части по горизон­тали. Его габаритные раз­меры 66x57x140 см.

На западном фасаде, на вынесенной площад­ке размещено изображение «Голгофа со страстя­ми», рельеф низкий. Над крестом розетка с трав­ным узором, плавно переходящая в плоскость крышки.

Северный фасад без декора, в центральной части в простой рамке текст, выполненный про­писным каллиграфическим шрифтом:

1801 года августа 7 дня въ седмомъ чесу пополудни скончалась княгиня Екатерина Степановна Назарова Южный фасад аналогичен северному и содер­жит следующий текст: на 42 году отъ рождения а родилась 1759 года октября 4 числа Восточный фасад без текстов и рельефов.

Особо следует остановиться на крышке. Верх саркофага имитирует крышку гроба, но значи­тельно уже самого надгробия. От верхней части к боковым стенкам идет наклонная плоскость, на которой сохранилась часть текста, располо­женного по периметру. Сохранились только верхние части строчек, причем читаемый фраг­мент строчки повторяет надпись на южном фа­саде: «…на 42 году от рождения…». Вероятно, текст на верхней плоскости был первоначаль­ным и выходил за нынешние габариты камня. По-видимому, первоначально саркофаг имел криволинейную форму, затем у него по каким-то причинам стесали бока и придали прямоли­нейную форму, а текст повторили на боковых плоскостях.

В непосредственной близости от исследуемо­го саркофага обнаружен еще ряд руинированных надгробий.

 

image008

Надгробие Екатерины Назаровой до начала работ.

image009

Руинированные надгробия (жертвенник) на семейном участке Назаровых.

 

Надгробие типа «саркофаг». Оно было пере­вернут^ следовательно, расположено также не на своем первоначальном месте. Над поверх­ностью земли виднелось только основание. Па­мятник был изготовлен из красного гранита, видимые размеры его основания 47(44)х124 см и высота 43 см. Стенки ровные вертикальные, не декорированы. Удалось откопать северный фа­сад надгробия и прочитать текст в шесть строк:

Подъ симь камнемь погребена дочь коллежскаго советника князя Егора Михайловича Назарова княжна Агриппина Егоровна Назарова родилась вь 1809 году Ноября 14 дня преставилась вь 1843 году Октября 4 дня Житгя ея было 33 года 10 месяцовь 20 дней Таким образом, мы имеем еще одно надгробие представителей семьи князей Назаровых.

Между двумя описанными и к северу от по­следнего находились еще два надгробия типа «жертвенник» и крышка жертвенника. Все они руинированы, находятся не на своих первона­чальных местах. Оба жертвенника идентичны по форме и размеру, одинаково декорированы. При их описании следует остановиться более подробно на размерах, что будет важно при дальнейшей интерпретации. Оба надгробия из­готовлены из белого камня и имеют форму поч­ти правильного параллелограмма высотой 71 см. Размеры основания у одного — 51,5×50,5 см, у другого — 50,5×49 см. Размеры верхней плоскости соответственно 45×45 см и 44×44 см.

На одном надгробии на западном фасаде изображение креста на Голгофе с распятием, выполненного рельеф­но. Другие три фасада идентично декориро­ваны неглубокой ни­шей, размером 36,5х х48 см. На северном и южном фасадах были расположены тексты, выполненные калли­графическим курси­вом, но читаются толь­ко отдельные буквы. На восточном фасаде расположен вензель, выполненный невысоким рельефом: под княже­ской короной переплетены буквы КАН. Второй жертвенник имеет некоторые отли­чия. Уже все фасады декорированы неглубокой нишей, размером 36,5×48 см. Так же, как и на предыдущем надгробии, на северном и южном фасадах были расположены тексты,

выполнен­ные каллиграфическим курсивом. Тоже читают­ся только отдельные буквы. На западном — про­стой четырехконечный крест без распятия. На восточном фасаде также расположен вензель, выполненный невысоким рельефом: под кня­жеской короной переплетены буквы КЗН. Как видим, изменилась только средняя буква. Забе­гая вперед, можно сказать, что это

вензель пред­ставителей семьи князей Назаровых, где первая и последняя буквы обозначают «Князь … Наза­ров».

Крышка жертвенника имеет по четырем фаса­дам фронтоны без декора, ее габаритные размеры 56x56x25 см. Сверху имеется круглое отверстие под железный штырь, для крепления заверше­ния надгробия. Важно отметить, что основание квадратное с размером грани 45 см, что соответ­ствует жертвеннику с вензелем «КАН»

 

image010

Вензель княгини Анны Назаровой

 

В процессе полевых исследований большое значение имело обнаружение плит — оснований жертвенников, указывающих на непосредствен­ное место погребения. Обе плиты ориентирова­ны по сторонам света и стоят по линии север-юг. на расстоянии 0,6 м друг от друга. Северная пли­та имеет размеры 64×65 см при высоте 19,5 см. южная 58,5×61 см при высоте 20,5 см. Обе плиты профилированы, но не одинаково, размеры пло­щадок для установления на них жертвенников 52×52 см и 52×50,5 см соответственно. Сами пли­ты расположены на известняковой плите или плитах. К сожалению, размеры данной плиты (или нескольких плит) проследить не удалось, т.к. это привело бы к крупным землекопным ра- ботам, могущим затронуть соседние могилы. В нашем случае важно, что надгробия князей На­заровых обрели свои исторические места.

В результате проведенных нами полевых ис­следований на компактной территории околс 2×2,5 м было обнаружено 4 надгробия и ножка саркофага, датируемые по тексту или стилисти­ческим особенностям началом — первой поло­виной XIX века. На двух саркофагах имелись имена княгини Екатерины Назаровой и княж­ны Агриппины Назаровой. Здесь же сохрани­лись две могильные плиты, расположенные на своих первоначальных местах. На них стояли жертвенники с анаграммами под «княжьими шапками» «КАН» и «КЗН», которые можш» интерпретировать, как «князь+имя+Назаров».

Следовательно, обнаружено место семейного за­хоронения князей Назаровых.

Сопоставляя материалы обмеров исследу­емых камней: плит, жертвенников и крышки жертвенника — можно реконструировать перво­начальное расположение надгробий. На север­ной плите находился жертвенник с анаграммой «КАН», которому соответствует по размерам крышка. Южнее стоял аналогичный жертвенник с вензелем «КЗН». О расположении саркофагов можно только высказать предположения. Так как оба надгробия довольно большие и тяжелые, то исторические места их, вероятно, находились не так далеко от места их обнаружения. Следо­вательно, к северу от жертвенников находился гранитный саркофаг княжны Агриппины Наза­ровой, а к югу белокаменный —

 

image011

Ножка от саркофага обнаруженная на участке

 

княгини Екате­рины Назаровой. Не исключено, что на данном семейном участке были и другие захоронения, во всяком случае, была обнаружена ножка от еще одного саркофага.

Имея данные полевых исследований, сопо­ставим их с архивными документами. Екатери­на Степановна Назарова (4.10.1759 — 7.08.1801) была первой женой Егора Михайловича Наза­рова. Егор Михайлович Назаров (1759-1811) в 1792 г. был внесен в 4-ю часть Дворянской родос­ловной книги Тульской губернии, коллежский советник; с 1792 г. — богородицкий городничий; в 1803 г. — советник управления Тульского на­местничества. О нем часто пишет А.Т. Болотов, также князья Назаровы упоминаются в окруже­нии Пушкина. От брака с Екатериной Степанов­ной у него были дети: Варвара (1781), Михаил (1790), Степан (1794 — после 1846).

После смерти супруги Егор Назаров вступает в брак с Анной Павловной Чебышевой (1780-1834). От второго брака у них были дети: Алек­сандра (1803 — после 1834, за Михаилом Никола­евичем Лазаревым), Петр (1805), Мария (1806), Дмитрий (1807), Агриппина (1808-1843), Елиза­вета (1809 — после 1872, за Дмитрием Николае­вичем Гончаровым), Георгий (1811). Как видим, из перечисленных членов семьи Егора Михайло­вича Назарова нами обнаружены надгробия его первой жены Екатерины Степановны и дочери от второго брака Агриппины Егоровны.

Теперь попробуем определить, кому при­надлежали жертвенники с вензелями «КАН» и «КЗН». На букву «А» имеются имена его жены Анны и старшей дочери Александры. Дочь Алек­сандра вышла замуж за Михаила Николаевича Лазарева и сменила фамилию. Следовательно, на вензеле могла быть анаграмма только княгини Анны Назаровой, его второй супруги. Что же ка­сается анаграммы «КЗН», то имя, начинающееся на букву «3», в списке отсутствует. Но мы знаем, что часто в анаграммах использовали зеркальное отображение букв. Значит, эта анаграмма может читаться как «КЕН», т.е имя должно начинаться на «Е», а в семье Назарова мы знаем два таких имени: сам Егор и его дочь Елизавета, вышедшая замуж за Дмитрия Николаевича Гончарова и, естественно, сменившая фамилию. Получается, что второй жертвенник принадлежал Егору Ми­хайловичу Назарову. Вполне естественно, что Егор Михайлович Назаров и его супруга Анна Павловна похоронены рядом, и на их могилах установлены похожие надгробия. Необходимо отметить, что Егор Назаров не подавал проше­ния на родовой герб, и поэтому вполне понятно, что на надгробиях использовали вензель с кня­жеской короной.

 

image012

Общий вид семейного участка Назаровых

 

Таким образом, учитывая даты смерти погре­бенных, можно восстановить картину развития семейного участка захоронений Назаровых. В 1801 году похоронили Екатерину Степановну Назарову, первую жену Егора Михайловича. В 1811 году умирает он сам, и его хоронят рядом с первой женой. А в 1834 г. умирает его вто­рая жена Анна Павловна, и ее хоронят рядом с мужем. Хочется обратить внимание на то, что между смертью Егора и Анны разница 23 года, но надгробия, хотя и имеют некоторые различия по оформлению восточного фасада, практически идентичны, а вензеля выполнял один мастер. Как было сказано выше, не исключено, что оба надгробия стоят на одной плите или вымостке. В 1843 году к северу от родителей хоронят дочь Агриппину.

Следует отметить, что в литературе ука­зывается дата рождения княжны Агриппины 17 октября 1808 г., а на надгробии мы чита­ем: «Родилась въ 1809 году Ноября 14 дня», причем текст читается отчетливо, и никакой ошибки в прочтении быть не может. Если со­ставить нехитрое математическое уравнение и к дате рождения прибавить возраст, указанный на камне: «Жит1я ея было 33 года 10 месяцовъ 20 дней», то мы получим дату 4 октября 1843 года, указанную как на надгробии, так и в дру­гих источниках, т.е. не вызывающую сомнений. Следовательно, дата на надгробии является правильной.

Вопрос музеефикации семейного участка пока в стадии разработки.

Имена Егора Михайловича Назарова и Анны Павловны, урожденной Чебышевой, известны пушкинистам. Их дочь вышла замуж за Дмитрия Николаевича Гончарова, брата Натальи Никола­евны Пушкиной. Проще говоря, это тесть и теща шурина поэта.

Женитьба Дмитрия Николаевича Гончарова на княжне Елизавете Егоровне Назаровой состо­ялась в Туле летом 1836 года. К этому времени и Егор Назаров, и его супруга Анна Павловна уже умерли. Дмитрий Николаевич Гончаров женился на сироте и был лишен в семейной жизни «забот» тестя и тещи. У пушкинистов нет однозначного мнения, встречались ли Елизавета Егоровна и Александр Сергеевич, но тем не менее Назаровы вошли в круг общения Александра Сергеевича. Из семейной переписки Гончаровых известно, что Наталья Николаевна Пушкина (Гончарова) в письме к брату передает поздравления и реко­мендации мужа своей новой невестке (Елизаве­те Егоровне) и его обещание написать стихи на рождение первенца шурина.

Сам Егор Михайлович хорошо известен тульским краеведам. Зав. отделом истории и краеведения Богородицкого Дворца-музея и парка Вера Дутова занималась биографией Его­ра Михайловича, богородицкого городничего, и в рукописях А.Т. Болотова она нашла строки, посвященные князю: «приехавший… из Калуга вновь определенный в наш город городничим грузинский князь Назаров, по имени Егор Ми­хайлович, который… с самого… начала казался нам человеком хотя добрым, но далеко не таким простодушным и дружелюбным… по приро­де своей более лукавым, скрытным и практич­ным», и подчас Андрей Тимофеевич «раздоса­дован был гордостью и глупым высокомерием городничего» Однако скоро, несмотря на 21 гад разницы в возрасте, «успели… ознакомиться и начали уже переезжаться друг с другом… мало-помалу посвыклись и довольно сдружились» с ним и его женой. Позже в городничем Болотов стал видеть конкурента, который «ковал… тайные ковы из зависти к месту» управляющего, но при этом «обходился по-прежнему… на финтах-бантах и с притворною ласкою и благоприятством».

Подводя итог всему вышесказанному, хочется еще раз подчеркнуть, что старинные кладбища являются ценнейшим историческим источни­ком и при детальном исследовании преподносят удивительные исторические и культурные от­крытия. Обретение могил известных России и Туле люден — одна из задач в решении вопроса музеефикации исторических кладбищ.

 

ЛИТЕРАТУРА И ИСТОЧНИКИ:

1.ГАТО, ф. 187, on. 1, д. 455, 1802 г.

2.ГАТО,ф. 90, оп. 15, д. 11470, л.101.

3.ГАТО, ф. 90, on. 16., д. 12596.

4.ГАТО, ф. 39, оп, 2, д. 1584.

5.ГАТО,ф.1,оп. 1,д.469.

6.ОР РНБ, ф. 89, е. хр. 111.

7.Русский самовар: альбом /авт.-сост. А.А. Гилодо. — М.: Советская Россия, 1991. — 223 с.

8.Ковшарь И.Г. Некоторые вопросы изучения тульского самовара как произведения искусства // Из истории метал­лургии и металлообработки в тульском крае: сб. статей. — Тула, 1994. — С. 37-43.

9.Тульский самовар: альбом / сост. А.С. Тихонова, М.Г. Рудаков, С.Д. Ошевский; авт. текста А.С. Тихонова; фото Е.К. Дмитриева. — Тула, 1989. — 175 с.

10.Чернопятов В. Дворянское сословие Тульской губернии. — Тула, 1912. — Т. VIII (XVII).

11.Любимов С. Князья Назаровы. Опыт поколенной росписи //Труды Тульской губернской ученой архивной комис­сии. Тула, 1915. — Кн. 2. — С. 279-291.

12.Болотов А.Т. Жизнь и приключения Андрея Болотова, описанные самим им для своих потомков. — СПб., 1873. — Т. IV.