[vc_gallery interval=»3″ images=»18353,18350,18351,18352,18354,18355,18356″ onclick=»link_image» custom_links_target=»_self» column_number=»2″ type=»qode_gallery» grayscale=»no»]

 

«Двенадцать ключей брата Василия Валентина, монаха ордена св. Венедикта, которыми двери к древнему камню любезных наших предшественников отверзаются». Так называется одна важная для розенкрейцеров книга, написанная еще в 14 веке. Она принадлежала Иоганну Даниэлю Крафту и была привезена из Германии Готфридом Крафтом в Россию. Здесь, в Туле, она хранилась в лаборатории Константина Андреевича Крафта. Где она сейчас — неизвестно, но чудесным образом явились ныне двенадцать ключей – это участники нашей выставки, которые, собравшись вместе, открыли в одночасье запертые наглухо двери Дома Крафта и явили нам истину, рассказав историю его обитателей.

 

Ключ Первый

 

И вот, заходя во двор, мы видим сияющую молекулу фосфора художника Леонида Тишкова, проливающую свет на скрытое тьмой времени и неведения. В самом начале экспозиции располагается освещенный светом «холодного огня» альбом «Правдивая история жизни, смерти и воскресения аптекаря Крафта», исполненный Л. Тишковым в его стиле, напоминающим документальный комикс, историческое исследование с картинками. Эта история долгое время была закрыта для читателей по очень простой причине – всем было недосуг до жизни аптекаря Крафта, также как и до его воскресения. Но время пришло, Дом Крафта раскрылся как древняя книга и все, кто грамотен и любопытен, узнали правду.

 

Ключ Второй

 

На кирпичных стенах мы видим две картины Сергея Шутова, названные им «Знаки и символы». Две женские обнаженные фигуры, держащие в руках молнии с нанизанными на них знаками, в которых мы различаем знак Философского камня, Трикселион и Радий, Звезду, Крест и Полумесяц. Обе фигуры стоят на Лотосе, в небесах над ними парят солярные знаки и неясные символы, обозначающие вечное возвращение.

 

Ключ Третий

 

В гостиной Дома Крафта располагается микро-арт группа «Город Устинов» с серией работ, созданных ей в городе Ижевске и создаваемых прямо сейчас в Доме Крафта,                  в городе Туле. Эта «Фабрика Свободного Времени» выглядит как лаборатория алхимиков, занятых поисками высшего смысла, духовного совершенствования, воссозданием новых сущностей из потерянного, утраченного и скрытого. Мы можем увидеть, как воскрешаются к новой жизни некогда умершие вещи, брошенные на землю, преданные огню, разбитые почти на атомы, и начинают жить рядом с нами, превращаясь в произведения искусства, как некогда усилиями алхимика Бранда был получен из мочи и песка сияющий белый фосфор, несущий свет и силу жизни.

 

Ключ Четвертый

 

У Зои Лебедевой дедушку звали Флор, он вырос среди трав, в его бороде, если приглядеться, можно было увидеть сухие былинки, семечко одуванчика, цветок люцерны. Поэтому Зоя называет свое плетение из трав «флор-текстилем». Если подойти ближе к ее травяным полотнам, можно услышать молчание травы и ощутить забытый запах детства. Так, наверное, пахло в одной из комнат аптекаря Крафта, где сушили и собирали в пучки лечебные травы. Вот они перед вами: Конский щавель, Чернобыльник, Душица, Зверобой, Клубника, Лабазник, Сергубцы, Полынь (ранняя), Мята, Люцерна, Мышиный горошек, Донник (поздний), и другая Трава. Зоя Михайловна пишет их имена с заглавной буквы и с красной строки.

 

Ключ Пятый

 

Ирина Корина создает масштабные скульптуры из различных материалов. На этот раз ее новая скульптура из ткани, она мягкая. Ее можно примерить и ощутить себя яснополянским гением, великим русским писателем. И вот на входе встречает нас Лев Николаевич Толстой. Он приходил в гости к Константину Андреевичу Крафту, чтобы узнать, как идут опыты с фосфором, взять пакетик солнечного порошка Kraftlebenдля подкормки капустной рассады, расспросить о долголетии, поговорить о правильном питании. Здесь же он повстречал философа Николая Федоровича Федорова, учителя географии и истории из Одоева, про которого ему рассказывал молодой учитель Яснополянской школы Коля Петерсен.

 

Ключ Шестой

 

Татьяна и Сергей Костриковы. Пирамида. Куриное яйцо невероятной величины. Символ жизни, символ воскресения, которое скоро настанет. В этом году Пасха случится в воскресенье 20 апреля. И вот в Доме Крафта пирамида яиц до самого потолка. Здесь в каждой комнате – чудеса. Скоро появятся огромные куры Щербаковской породы, выведенные под Саратовом Готфридом и Андреасом Крафтами, благодаря элементу жизни, настоянному на фосфоре. Каждое яйцо в пирамиде(а их больше сотни!) светится изнутри светом возрожденной жизни, напоминая нам о Воскресении Христовом, а значит и о нашем воскресении.

 

 

Ключ Седьмой

 

Алхимик языка, визуальный поэт и мистагог, микробиолог, изучающий знаки, которых множество множеств  вокруг, как микробов в воздухе, Вилли Мельников открывает нам книгу-словарь муфтолингва. Чтобы познать тайны природы, управлять стихиями, составляя формулы новых веществ, надо знать символы, так как все вокруг нас – символ, все — что-то еще, кроме формы. Братья Света читали эти знаки, так же, как читает их Вилли Мельников. И когда-нибудь он раскроет потерянную формулу бессмертия Крафта.

 

 

Ключ Восьмой

 

Один из создателей Облачной Комиссии, ордена Наблюдателей за облаками, художник и поэт Аркадий Насонов общается с высшими духами. Эти духи и есть облака, которые парят над нами. Облачная Комиссия, как Торжествующий Лебедь окормляет многих и многих, создавая тайный орден идеалистов, верящих, что облака наши братья, Братья Неба и Света, созданные Богом небесные города, где живут ожидающие воскрешения. По уверению Аркадия у Константина Андреевича был телескоп. Иногда, в ясную ночь он смотрел в него на звезды, находил на востоке ту самую, которая привела его в Россию, и беседовал с ней о сокровенном. Исследования звездных пространств продолжил его сын Христиан Константинович Крафт, фармацевт, поэт, член тульского клуба поэтов-имажинистов.

 

Ключ Девятый

 

::Vtol::  Криофон. Алгоритмический орган, который на основе химических реакций и физических процессов распада сухого льда генерирует музыкальные композиции. Сам Криофон представляет собой емкость с теплой водой, оборудованную датчиком температуры, вибрации и газоанализатором. Лаборант в белом халате опускает кусочек льда в емкость, запуская реакцию перехода твердого вещества в газообразное, в результате выделяется углекислый газ, резко понижается температура и возрастает давление. Датчики регистрируют изменения, посылая их в процессор, синтезирующий звук. В нашем случае возникает музыка низких температур, это означает, что лед, используемый в крионике, не мертвый, а живой. Он не убивает живое, а лишь останавливает время, сохраняя главное – душу существа, предоставляя ей вечное кристаллическое убежище. ::Vtol:: как алхимик превращает вещество в иное состояние, происходит чудесное посредством невидимых неисповедимых сил, как когда-то Парацельс превращал кристалл льда в сияние зари, создавая гомункула.

 

Ключ Десятый

 

Патрофикация или воскрешение отцов было главной идеей философа-космиста Николая Федорова. Узнав тайну воскрешения-рождения Константина Андреевича Крафта, он понимает, что этот опыт дает надежду на вечную жизнь всего человечества. Две левитирующие головы в инсталляции Валерия Корчагина – это Крафт и Крафт, змея и дракон, кусающие друг друга за хвост, тьма и свет, смерть и жизнь, это знак бессмертия, потому что все едино. А если едино, то смерти нет, таково сокровенное знание братьев Розы и Креста.

 

Ключ Одиннадцатый

 

В центре комнаты в реторте сияет великий эликсир, тинктура памяти, как называет его Владимир Селезнев. На стенах в темноте проявляются лица и фигуры некогда живших людей, так же, как в нашей памяти не сразу возникают те, кто покинул земные пределы. Наша работа – помнить всех, их лица и голоса, их улыбки, прикосновения, образы. Это даёт им надежду на воскрешение, ибо, когда внешний свет гаснет, внутренний свет еще явственней виден. И по лучам этого света, как по лестнице спускаются с небес все, покинувшие когда-то дольний мир. Может быть, именно память и есть тот самый философский камень, который делает человека вечным.

 

Ключ Двенадцатый

 

Сергей Катран воссоздал разрушенный и опустошенный флигель, вернул ему былое величие. Теперь это LocusArcano, таинственная комната, сокрытое место, лаборатория, кирха, конвенция или место собраний и алхимических операций братьев Розы и Креста. Алхимические опыты  розенкрейцера Крафта имели целью возрождение утраченного человеком совершенства. Сам, однажды воскрешенный, он искал тот самый рецепт вечной жизни и панацею от всех болезней. Здесь, на его столе всегда лежала та самая книга брата Василия Валентина, над которой горела звезда о двенадцати лучах. Каждый луч – ключ, соединившись сегодня, они открыли нам Дом Крафта, и мы вошли в него, приветствуя хозяина, аптекаря Константина Андреевича Крафта.

 

 

 

Л.Т. 26 января 2014

 

[vc_gallery interval=»3″ images=»18357,18358,18359,18360,18361″ onclick=»link_image» custom_links_target=»_self» column_number=»2″ type=»flexslider_fade» grayscale=»no»]

Добавить комментарий

Ваш электронный адрес не будет опубликован. Обязательные для заполнения поля помечены *

Отправить