Тотемы. Магический реквизит Дмитрия Цветкова

О выставке

СЕКРЕТ ШИНЕЛИ

На первый взгляд шинели Дмитрия Цветкова слишком мягки, чрезмерны и блестящи для того, чтобы служить эквивалентом тотема. В них нет ничего героического, брутального или устрашающего. Но это только на первый взгляд.

Шинели Цветкова предстают перед нами как сугубо магические объекты, и в своей чрезмерности как будто претендуют на сверхсовершенство. Они намеренно однозначны, сверхнаглядны, как будто доступны для понимания, ибо на первый взгляд не содержат в себе никаких дополнительных смыслов, а являют чистое зрелище, подобное древнему театру. Или культу.

Их интересно рассматривать как некую знаковую систему. Чрезмерность в ней выступает знаком Честности или чистого жеста. «Люблю Отечество и за него горой!». Чего ж тут непонятного? Идеальная умопостижимость, никакой двусмысленности.

Еще один «субстрат» искусства Цветкова — блеск. Блестеть — значит преуспевать? И вот в нашей системе появляется знак Успеха. Мощный тотем современности, не правда ли? Достаточно взглянуть на рекламные витрины книжных магазинов, или прогуляться по ТВ-каналам, чтобы почувствовать как «флюид» духовности заменяется на резкий запах успеха и связанных с ним удовольствий.

И даже осязаемая мягкость становится культом, объектом поклонения, если понимать ее как Комфорт или респектабельность.

Итак, Упрощение, Успешность и Комфорт. Чем не портрет современного почти одомашненного божка?

Шинели Цветкова функционируют как будто с предельной ясностью, сами себя дискредитируют (выдавая себя за китч), и лишь для немногих обнаруживают свое назначение. Какое? Есть ли у знаков своя мораль? Какие смыслы спрятаны на других уровнях восприятия? «На груди моей для всех Виден лишь небесный луч, Пестр, как Жизнь, и груб, как Грех». Мораль сказки как всегда в имеющейся у всего на свете изнанке, во взаимосвязанности успеха и саморазрушения, геройства и злодейства, дара и расплаты и т.д., т.д., т.д..

При этом сам художник не ставит диагнозов. Диагнозы ставим мы — зрители, кураторы, искусствоведы, дерзко надевая шинели на разные темы: государственность, иерархию, идентичность, фобии, патриотизм, игру.

Что ж, сегодня шинели Цветкова — это Тотемы. Да будет так.

Лилия Кашенцева.

ЁПРСТ

 

…И государства жесткая порфира,

как власяница грубая, бедна.

(О. Мандельштам)

Государь-император Николай I настолько обожал плац-парады, что даже до дизайна униформы никогошеньки — даже самых дошлых и ушлых, — категорически не допущал. Сам всё вырисовывал. Сам курировал качество кроя. Сам любовался и сам кичился. Ну, и что, что «продул» Крымскую войну. Ну, и что, что престижная была. Ну, и что, что народу христианского побило великое множество. А зато КРАСОТИЩА-ТО КАКАЯ!..

А потому ведома была Государю Главная Государственная Тайна: Велелепие Небесного Порядка должно аукаться и в начертании порядка земного. Главное, чтоб красиво, а там хоть трава не расти. Или нет — расти, но строго по ранжиру. И пресловутая табель о рангах — не повод для тотальной субординации, а самый что ни на есть сановный универсум. Короче — пантеон. Статусно и пафосно. Коротко и ясно. Здорово и вечно.

Злоимучие западные очевидцы величали русских вельмож «подсолнухами»: куда Солнце, туда и они. На то оно и оно. На то они и они. Властителя, однако, играет свита. И потом — Солнцу недолго и закатиться, а подсолнухам — закат не светит. За ними — вечность, ЁПРСТ.

Этикетные нормы континуальны. Минимизация мимики. Коллапс соматики. Почти дематериализация. Умный Д.А. Пригов написал про парадные портреты, что у их протагонистов лицо оползает на грудь. Лицо факультативно. Фасад рулит. Да, оползни. Да, без лица. Да, без тела. Да, без ничего. А ничего и не надо. Зато есть регалии и инсигнии. Зато коэффициент порфироноскости зашкаливает. Есть личина. Персона. Или скорее — парсуна (см. google). И не надо справляться у Карла-Густава Юнга, почему персона плющит душу. Душеполезно это. Душеполезно и духоподъёмно.

От церемониальной оцепенелости «официальной» Московии (она же — Третий Рим), минуя повальную фрунтоманию XIX века, до номенклатурных камланий в «златые дни Высокого Застоя» рукой подать. И нумерация Римов застыла не за так, а со значением. Translatio Imperii (см. google).

Помпадурия. Фанфарония. Палисандрия (а вы помните палисандрового генерала из «Урфина Джюса»?). Хорошо на душе, даже если она в пятках. Красиво в глазах, даже если они врассыпную. Здравствуй, вечность. Так вот ты какая!..

…Дмитрий Цветков посвящён в тайну. Ту же самую. Только в его истолковании у неё сбоку — бантик. Сбоку-припёку. Архетипы тоже нужно упаковывать. Иначе траектория от поклонения (вдох) до ликования (выдох) исказится.

«Попадания» Цветкова хорошо фундированы. Бравые генералы были первыми русскими поп-фигурами (царская семья не считается), и в лубочных картинках их галуны и аксельбанты «аннулировали» и Бову Королевича, и Еруслана Лазаревича, и даже прекрасную магометянку, умирающую на гробе мужа своего. А балаганный хит «Царь Максимильян»! Персонажи — наскрозь орденоносны, сплошь — кавалерия (кавалерия — это гирлянда из наград, а не то, что все подумали). А святочные фельдмаршалы (в мундирах из рогожи, с соломенными эполетами и с бляхами из прессованного кизяка)! А нечеловеческая красота дембельских альбомов!..

Дмитрий Цветков ни капли не субъективен. На него «пашет» вся культура. Всей своей толщей. Никто из современных отечественных художников так старательно не «унавожен». Потому сейчас он и главный художник Земли Русской. А кто не спрятался, я не виноват!

 Смотрим. Замираем. Цепенеем. Падаем ниц. Лежим. Ещё лежим. Постепенно отходим. Вот и катартический эффект. Теперь можно и по домам.

 А с какого бока тут вдруг тотемы — вы уж сами догадайтесь. Чай не маленькие. Ну, и цитата вдогонку: «Залатаю золотыми я заплатами, чтобы чаще Господь замечал». Это точно про Дмитрия Цветкова. Занавес.

Вадим Касаткин.

Дата:

5 сентября

Категория:
Прошедшие
Малая теория всего или Искусство знать
Прошедшие
"Без названия". Александр Новгородский.
Прошедшие